Войти
Войти с помощью: 
Войти
Главная » Отдых » Отдых в Марракеше

Когда самолет снижается над Северной Африкой, ландшафт внизу оказывается терракотово-розовым. Как будто мы сейчас высадимся не в Марроко, а на Марс. Точно того же цвета оказывается весь Марракеш. Словно в аэросъемку ткнули пипеткой в фотошопе — и полученным оттенком «марокканский розовый» закрасили все постройки в Старом городе: лабиринте, кишащем торговцами, вымогателями, кошками, крысами и мопедами.

У ворот Медины (т.е. старого города) нас встречает человек из нашего риада (маленький отель, обустроенный как традиционный марокканский дом) — нас заранее предупредили, что сами мы дорогу не найдем. Это действительно так: Медина — лишенный опознавательных знаков улиц и направлений лабиринт глухих стен. В широких местах бурлит базар и носятся мопеды, только милостью Аллаха маневрирующие без смертоубийства между прохожими и повозками, запряженными ослами и мулами. В узких местах лабиринта — полутемно и безлюдно (только иногда прошмыгивает в низкую дверку закутанная до глаз женщина), и неясно, считать ли их переулком или коридором в чьем-то чужом доме.

Но у этого грязного, шумного и предельно неуютного — особенно с непривычки — мира есть параллельная реальность. Дома в Медине вывернуты вовнутрь и обращены к наружу слепыми, сплошными стенами, а во внутренний дворик — окнами, и вот там внутри есть и украшательство, и зелень, и прохлада, и тишина (только иногда доносится крик то муэдзина, то петуха). В риадах покруче обычно есть хамам (в Марокко они, впрочем, вообще на каждом шагу) и маленький бассейн. На крышах — террасы, где можно завтракать, обедать и ужинать, а также валяться в окружении кадок с зеленью. Живущее по соседству с нами французское семейство, кажется, вообще не покидает крышу, только иногда посылая хозяек риада (его содержат три молодых женщины и они — сестры) за вином. В мусульманском Марракеше алкоголь не в почете и в Медине мест, где он открыто продается, очень мало.

Марокко — бывшая французская колония, поэтому туристы оттуда здесь преобладают, а французский язык — самый (а часто — единственный) годный из школьного набора для общения с местными жителями.

Первые попытки сориентироваться в базарном лабиринте даются непросто: не сразу удается хотя бы найти дорогу от риада до главного местного ориентира — площади Джемаа аль-Фна. Именно на площади Джемаа аль-Фна вляпались в историю с убийством и похищением герои фильма Хичкока «Человек, который слишком много знал» — кино снято в 1956 году, но площадь с тех пор особо не изменилась. Обитатели площади: заклинатели змей, приставалы к туристам с обезьянками для фотографирования, прилипалы с гаданиями, рисовальщицы татуировок хной, сказители историй и бешено конкурирующие между собой продавцы апельсинового сока (то и дело плешивые ослики увозят полные телеги опустошенных апельсиновых корок). Все это — вместе с приставалами, прилипалами и осликами — в 2001 году ЮНЕСКО признало охраняемым шедевром духовного наследия.

Главный герой марокканской кухни — тажин: глиняная посудина с высокой конической крышкой, в котором готовят все — мясо, рыбу, овощи и кус-кус. Получается томно, довольно диетично и очень вкусно (а еще в Марракеше, разумеется, можно питаться очень дешево: тот же стакан апельсинового фреша до приключений российской валюты стоил на наши деньги рублей 20). Другие важные пункты местной кулинарии — бриауты (жареные слоеные пирожки с разными начинками), пироги с голубятиной и мятный чай с сахаром.

Марракеш вообще пахнет мятой, специями и мочой — конской и не только. Брезгливым тут не место.

Вот, например, из ресторана без суеты выходит крыса и усаживается на крыльце — ресторанный зазывала пользуется вниманием туристов, фотографирующих крысу, и пытается залучить их в заведение, выкормившее этот дивный экземпляр. Крыса — размером чуть ли не с кошку, впрочем, не только потому что она здоровенная, а и потому, что повсеместные марокканские кошки — не толстые и благостные (как, например, в Турции), а мелкие, тощие, грязные и довольно дикие.

Эпицентр марракешской вони, жуткое нутро старого города — кварталы кожевников. Это популярный аттракцион у туристов, стекающихся поглядеть на груды гниющих шкур, которые тут же вымачивают в голубином помете и моче, а потом красят в чанах, где вместе с ними по пояс во всякой дряни барахтаются кожевники.

В Марракеше нужна пара дней на акклиматизацию — чтобы начать ориентироваться, перестать выглядеть легкой добычей для попрошаек и перестать шарахаться от диких мопедов.

Для ориентирования жизненно необходим навигатор в телефоне: бумажные карты в лабиринте Медины практически бесполезны, указателей нет, а советы местных прилипал заведут вас туда, куда никогда не заглядывает солнце (кажется, обычно они рассчитывают либо заманить вас в лавочку своего родственника, либо просто запутать окончательно и выпросить побольше монеток за обратную дорогу).

Кстати (и это женский лайфхак не только для Марокко, но и для всего Востока): накинутый на голову европейской туристки платок заметно сокращает количество желающих что-то ей сказать, сделать и даже просто навязчиво продать. Никто здесь, конечно, не требует от вас платка, и за местную вы не сойдете (да и зачем?), но платок явно сбивает окружающих с толку, и многие из них на всякий случай оставляют вас в покое. Особенно актуально для девушек, перемещающихся в одиночку.

Освоившись и акклиматизировавшись, начинаешь понимать, как можно влюбиться в это место так, чтобы завещать здесь себя когда-нибудь и похоронить. Как это сделал Ив Сен-Лоран, похороненный в саду Мажорель, который находится к северу от Медины, в более современной части города. Шедевр ботаники и ландшафтной архитектуры, сад создан французским художником Жаком Мажорелем в 1930-е годы, а в 1980-е куплен Сен-Лораном.

Теоретически, т.е. языком путеводителей, сад Мажорель — оазис прохлады и покоя среди жары, пыли и ручейков лошадиной мочи. Но он слишком мал, а туристов, стремящихся в него, — слишком много.

Торговаться на базаре, закупая сувениры (типичные: мягкие кожаные тапки-бабуши, специи, лампы Аладдина и прочие сказочные побрякушки), надо обязательно — это заложено в цену. Она изначально завышена в 3 раза — так что первым же ходом занижайте ее в 4. Чтобы не смущаться, нужно просто осознать, что здесь торговаться — хороший тон и признак адекватности; встретив достойного спарринг-партнера, продавцы сами расцветают. Именно на марракешском базаре, рассматривая какую-то любительскую живопись и горы расписных товаров, внезапно осознаешь, что носители мусульманской культуры — с ее ограничениями на изображение живых существ — действительно думают абстрактными картинками и не нуждаются для этого в специальном художественном образовании. Собственно, и путешествуешь ради вот таких открытий. Или, скажем, открытия, что мятный чай с сахаром или термически обработанные огурцы — это съедобно.

Пост опубликован: 23.03.2016

0